«Детское пение порой сильнее священнической проповеди»

К юбилею Архиерейского детского хора

Православный детский хор в Симбирске был создан в 1997 году по благословению приснопоминаемого митрополита Прокла. За три года до своей смерти владыка Прокл присвоил детскому коллективу статус архиерейского хора.

 – Когда все начиналось, ни о каких статусах мы и не помышляли.  Я в то время сама была далека от Православия. Крестик на цепочке носила, в церковь зайти могла, но не более. Мои мысли целиком и полностью были посвящены личной трагедии, которую я никак не могла пережить. Люди, которые хоронили детей, знают, как это тяжело. Почти год у меня прошел в муках и страданиях. Но жизнь продолжалась. Отец Олег Кропочёв  предложил мне создать детский хор на базе музыкальной школы. Я долго сомневалась, но все-таки согласилась, и начали мы с детишками заниматься хоровым пением. С самыми маленькими выучили одно песнопение, потом второе, потом третье… В 1998-м году на Пасху мы пошли к владыке Проклу. Во время беседы я назвала его батюшкой. Все, кто присутствовал при разговоре, начали перешептываться, кто-то косо на меня посмотрел. А владыка сказал: «Не трогайте ее. Придет время, она сама все поймет». С этой встречи все и началось, – вспоминает руководитель Архиерейского детского хора, заведующая кафедрой хорового дирижирования и вокала Ульяновского государственного Университета Лариса Филянина.

Лариса Александровна знакомит наших читателей с историей создания и становления самого юного хорового коллектива Симбирской епархии, рассказывает о специфике работы с детьми, о трудностях, о радостях, о надеждах, которые зарождались, крепли и совершенствовались по мере возрождения и развития церковной жизни в Симбирском крае.

 – В уже упомянутом мной 1998м году митрополит Прокл благословил нас заниматься в епархии. Богослужебных песнопений я тогда не знала, концертных костюмов для выступления на мероприятиях у нас не было. Но со временем нашлись спонсоры. Они оплатили нам пошив бархатных костюмов и поездку в Санкт-Петербург. Владыка Прокл тоже в меру сил нам помогал. После того как в пасхальную ночь мы исполнили часть песнопений архиерейского богослужения, он, что называется, повернулся к нам лицом, стал относиться к нашим певчим с большой любовью, благословлял детей участвовать в самых разных мероприятиях. За два года до его смерти наш коллектив сподобился поехать на Святую Землю. Там все были потрясены трудолюбием и искренностью наших детей. Очень хорошо нас там встречали, говорили, что дети с концертными выступлениями на Святую Землю приезжали и раньше, но архиерейский детский хор – впервые. 

После смерти владыки Прокла в жизни нашего коллектива наступил сложный период. Мне не удалось найти общего языка с новым руководством. Я долго анализировала, почему так получилось, но ответа так и не нашла. Возможно, я повела себя неправильно, возможно надо было во всем уступить, упасть ничком на колени ради детей. Детям тот год нанес очень тяжелую травму. Ребята очень переживали из-за того, что мы лишились имени архиерейского хора, что прервались многие певческие традиции. Тогда же прервалось мое служение в качестве инспектора церковного пения. На это служение меня также благословил в свое время владыка Прокл. На самом деле я ничего не проверяла и не инспектировала. Я была связующим звеном  между епархией, епархиальными творческими коллективами и светскими учреждениями. Конечно, у нас с коллегами со светских площадок очень много различий во взглядах, но не меньше и точек соприкосновения. Ежегодно мы реализуем крупные совместные проекты в дни Рождества Христова и Светлой Пасхи. Мне, как представителю епархии, как председателю регионального хорового общества было важно контактировать с руководителями певческих коллективов, с регентами церковных хоров. Я собирала регентов не для нравоучений, а для объединения, для того, чтобы мы могли лучше потрудиться во славу Божью. После смерти владыки Прокла вся эта деятельность прервалась. А с назначением на Симбирскую кафедру владыки Анастасия – возобновилась.  

Владыка приехал, выслушал нашу историю и благословил детям вновь петь на архиерейских богослужениях. В день его святых именин наши дети исполнили часть песнопений Литургии в кафедральном соборе. Для детей это было очень важно, ведь мы их с самого начала приучали к тому, что важнее Литургии ничего нет. Но важно, чтобы пение детей слышали не только прихожане храмов, но и простые люди. В целях развития миссионерской и просветительской деятельности еще при владыке Прокле мы стали выезжать в разные районы области. Нас благословляли выступать на престольных праздниках в храмах, в школах, в концертных залах. Часто ездить мы, конечно, не могли и не можем, ведь дети учатся  в школах, и нельзя отвлекать их от учебного процесса. Но когда есть возможность, когда детей отпускают классные руководители, когда приходы помогают организовать транспорт, мы с радостью выезжаем в разные населенные пункты. Я говорю ребятам, что если один или два человека из пятисот присутствующих в зале после очередного выступления нашего детского хора задумаются о Боге и придут к Православию, то их труд не напрасен. Конечно, концертные выступления не заменят пения в храме, но и концертная деятельность важна. На Литургии дети славят Господа и соединяются с Ним, а на концертах они привлекают к Богу других людей. Детское пение порой сильнее священнической проповеди. Маленькие миссионеры – большая сила. Однако важно понимать, что силой этой руководит Господь. Это Господь сподобил нас заниматься пением, это Он собрал детей, а не я.

Дети у нас замечательные. В коллективе нет хамства, нет ненависти и злобы. Все строится на любви к ближним. Бывает, ребята балуются и шалят, они ведь дети… Но чтобы кто-то кого-то обозвал, обидел или сделал больно товарищу – такого, конечно, нет. Я объясняю детям, что радости у нас могут быть разные, и не всегда мы можем разделить радости друг друга, но когда у кого-то беда, мы обязательно должны прийти на помощь нашему дорогому коллеге, соплеменнику нашему. Дети это усвоили, так что в нашем детском племени очень хорошая атмосфера. Мы – коллектив, мы едины, поэтому, когда мне предлагают где-то выступить малым составом, взять на выступление пятнадцать детей, вместо тридцати пяти, я отказываюсь. Выберу я пятнадцать, а остальных куда? Что я им скажу? У нас с ними все прозрачно, все по-честному. Если я начну лукавить, ребята это заметят. Они почему ходят ко мне на занятия? Потому что верят. За все время я ни разу их не обманула и, надеюсь, никогда не обману. И ребята отвечают мне искренностью, честностью, порядочностью. Эти качества, наравне с наличием слуха и голоса и самоотдачей, являются основными критериями при наборе детей в наш хор. Но на первом месте, конечно, любовь. Любовь к Богу, к Родине, к маме, к папе, к миру Божьему. Если в сердце есть любовь, то все остальное, как правило, прилагается. Конечно, я не могу гарантировать, что мои ребята однажды не оступятся, не совершат чего-то подлого, но я верю, что добрые качества нам с Божьей помощи удалось в них заложить. Я выпустила замечательных детей. Взять хотя бы Толю Новоточина. Мальчик пришел ко мне заниматься в четыре года, обучился, вырос, поступил в Казанскую консерваторию. Уверена, что в будущем он будет регентовать. Горжусь, что из Архиерейского детского хора выходят такие люди.

Все новости раздела




Новости митрополии

Митрополит Анастасий совершил освящение купола, креста и колоколов для сестринского корпуса Спасского монастыря

Митрополит Анастасий совершил освящение купола, креста и колоколов для сестринского корпуса Спасского монастыря

18 августа, в день предпразднства Преображения Господня, митрополит Симбирский и Новоспасский Анастасий совершил освящение купола, креста и колоколов для монастырского корпуса возрождающегося Спасского монастыря.

В Симбирске открылась выставка, посвященная утраченным святыням

В Симбирске открылась выставка, посвященная утраченным святыням

Вечером 17 августа в Спасо-Вознесенском кафедральном соборе города Ульяновска состоялось открытие проекта «Святой благовест несохранившихся храмов Симбирской земли», нацеленного на воссоздание утраченного духовного наследия Симбирского края.